Игра киевского престола. История кровавых разборок Рюриковичей
Игра киевского престола. История кровавых разборок Рюриковичей
Домонгольская Русь - это просто невероятный клубок внутрисемейных разборок и дележки родового бизнеса, адская смесь понятий, чести и коварства. Вдобавок, вся эта красота разворачивается на фоне относительной вольности городов, вечевые собрания которых ещё не похоронило ордынско-московское самодержавие. Короче, вкуснейшая эпоха, которая ещё ждёт своего Джорджа Мартина! Ну а я вам могу рассказать трагичную историю об одном несчастном князе, который, увы, не смог...

Но для начала давайте бегло пробежимся по ситуации на Руси в принципе, чтобы понимать эпоху и декорации. А расклады в 12 веке были просты — Рюриковичи плодились. Род множился в геометрической прогрессии, вполне предсказуемо делясь на отдельные семьи. На момент описываемых событий (1130-1140ые гг.) на семейном древе выделились две наиболее сильные ветви : это Ольговичи, потомки Олега Святославича с штаб-квартирой в Чернигове, и Мономашичи, потомки Владимира Мономаха (внезапно!), умудрившегося благодаря своему авторитету захапать почти все остальные земли Руси. Не сказать, что две семьи прям уж ненавидели друг друга, однако... Определённая конкуренция между ними была и воспринималась как сама собой разумеющаяся вещь.

Начиная с 1113 года власть в Киеве крепко держал Владимир Мономах, а после смерти в 1125 году знамя подхватили и его сыновья. В принципе, это были не самые плохие годы для Руси, формальное единство которой держалось на голой харизме и морально-волевых качествах киевских князей. А вот создать единую государственную систему, закрепить законодательно этот террариум не получалось. А может и не хотелось — о монархии говорить ещё рановато, 12 век все-таки. Русь на тот момент — это не более чем рыхлый союз городов под "крышей" семейного бизнеса потомков скандинавского мигранта. Поэтому в очередной момент безвластия все вышло очень предсказуемо.

В 1139 году, согласно бытовавшим правилам и понятиям, к власти приходит следующий в очереди Мономашич — Вячеслав, однако его правлению спустя всего лишь неделю помешал Всеволод Ольгович, человек из Чернигова, что пришёл на беседу со своими братьями и заманчивым предложением — отдать Киев ему по праву силы. Обычный гоп-стоп, короче, прав для наследования киевского престола у Всеволода был минимум. Но сила и внезапность зарешали, а для сомневающихся было показано файер-шоу в декорациях киевского посада. Впрочем, Вячеслав не шибко и сопротивлялся — пожал плечами и покорно ушёл обратно в родной Туров, даже не попытавшись прибегнуть к помощи родни. Это было полное фиаско, господа, причём своей безхребетностью Вячеслав подгадил сразу всей семье целиком, отдав такой лакомый кусок конкурентам. Ну вот не вышло из него лидера, ну что поделать!

Это, собственно, и есть великий и ужа...
Это, собственно, и есть великий и ужасный Всеволод Ольгович в том обличье, в котором его видит Царский Титулярник 1672 года. Источник так себе… Но чем богаты, тем и рады!

Так свершилось неожиданное — представитель Ольговичей пришёл к власти в Киеве. Несомненный успех, причём замешанный на наглости и авантюризме! О Всеволоде вообще много можно написать, это просто эталонный средневековый гопник с тонкой чуйкой Талейрана. Вплоть до своей смерти в 1146 году он вертел всеми, кем было необходимо — и вечно недовольными киевлянами, и родней, которая по итогу вписалась за него задаром, и Мономашичами, которых он сумел убедить, что все идёт по плану и всем теперь хорошо. Замечательный лидер/боец/молодец, но, блин, не вечный же! И Всеволод это вполне сознавал. Поэтому, всерьёз захворав и почуяв близкую смерть, он начал энергично действовать, поставив перед собой одну главную цель — Киев должен остаться под Ольговичами.

А вот здесь и выходит на сцену наш главный герой — князь Игорь, брат Всеволода. Родился он в 1096 году и ко времени описываемых событий был уже далеко не мальчик. Росту среднего, худощавый и, если верить Татищеву (тот ещё Плутарх, кстати), "нраву свирепого и гордого". Своему старшему братцу он должен сказать огромное спасибо — Всеволод приложил максимум усилий для легитимации наследника. Будучи тяжело больным, он собрал в Вышгороде всех функционеров семьи Рюриковичей и потребовал присягнуть на верность Игорю — "поцеловать крест", как это тогда называлось. Причём некоторых, например Изяслава Мстиславича (внук Мономаха, запомните его, он ещё выстрелит), к присяге притащили буквально силой. Далее Всеволод "перетёр" этот вопрос с киевским боярством, которое, в свою очередь, представило Игоря перед горожанами на вече. Те, вроде, были не против , но летописец отмечает, что их показная радость была притворством, "лестью".

И этому есть вполне разумное объяснение — киевляне устали от Ольговичей. Характер их управления очень сильно отличался от "менеджмента Мономашичей". Всеволод отлынивал от административных обязанностей, его княжий двор был закрыт для народа, а все дела он отдал своим помощникам, которые от интересов горожан были далеки. В Киеве им были недовольны, от его брата хорошего тоже ничего не ждали. А вот Мономашичи были для киевлян весьма привлекательной альтернативой. Они были "своими", а авторитет основателя династии был мощным политическим капиталом для всего рода. Это же Средневековье, тут понимать надо!

ВЕЧЕ! Если вы представляете власть кн...
ВЕЧЕ! Если вы представляете власть князя, как власть монарха, то вы ошибаетесь. На страже истоков русского парламентаризма уверенно стоит древнерусская охлократия.

Вся эта муть выплеснулась наружу сразу после смерти Всеволода 1 августа 1146 года. После официальной присяги новому князю киевляне стихийно собрали новый "майдан" уже в другом месте и с новыми, радикальными условиями. Вкратце они звучали так — администрация в городе должна быть переизбрана "из своих", а князь должен стать любезным и отзывчивым, хех). И вот тут я не знаю, стоит ли винить Игоря за то, что он согласился с условиями горожан? Наверняка он хотел начать новое княжение со всеобщей радости, но вышло все как-то наперекосяк. Получив требуемое и приняв доброту за слабость, горожане только раззадорились. В ход пошла древняя традиция — "Грабь награбленное!", и на старую администрацию были организованы рейды народного мщения (ну вы поняли, да? ). Этого Игорь уже решил не спускать, волнения были подавлены княжеской дружиной. Киевляне искренне удивились: "А нас-то за що!?", и поняли, что с новым шефом им ловить нечего.

Всё это происходило буквально в считанные дни, и спустя некоторое время возмущенные жители Киева послали гонцов в соседний Переяславль к Изяславу Мстиславичу — тому самому, которого к присяге силой пришлось тащить. Теперь ведь такое крестоцелование можно и забыть, не правда ли? Ну кто откажется от такого шанса, ребят? Тем более, если весь город просит: "Поиде, княже, к нам, хочем тобе"!

Изяслав действует молниеносно. Срочно собирается войско, в которое, помимо собственной дружины и ополчения некоторых киевских пригородов, включаются также "орды" поршан и "чёрных клобуков". Уже 13 августа (спустя всего 2 недели после вокняжения Игоря) воинство нового претендента подошло к Киеву.

Ну а это внук Мономаха, князь Изяслав...
Ну а это внук Мономаха, князь Изяслав Мстиславич. Очень достойный человек, искренне любимый киевлянами. И мной тоже, простите за нескрываемую симпатию

Получив известия о готовящемся вторжении, активно зашевелился и киевский князь. Во-первых, Игорь послал просьбу о помощи к своей родне. Те, к слову, за поддержку заломили нехилую цену, "многие волости", но сейчас князь не мог мелочиться, сами понимаете. Во-вторых, Игорь, не подозревая ничего плохого, обратился за помощью к киевскому боярству. В переговорах с местной знатью князь пытался до них донести, что за поддержку в этом конфликте он отплатит сполна, но предводители городского ополчения теперь смотрели на него как на политический труп. Поддерживать такого не популярного в народе кандидата было крайне опасно, поэтому, после заверений в безоговорочной любви и верности, боярство запускает свою коварную игру. Они отправляют к Изяславу гонца с вестью о том, что к Игорю идёт подмога от родни, а киевское ополчение во время битвы согласно перейти на сторону Мономашича.

Сражение, развернувшееся под стенами Киева, для Игоря обернулось полным и позорным провалом. В то время, как его дружина, подкрепленная ратниками родственников, устремилась в атаку, киевляне просто отошли в тыл. Там они спокойненько стали около Жидовских ворот, открыв фланг своего незадачливого князя. В освободившееся пространство тотчас бросились "чёрные клобуки", которые окружили черниговцев, отрезав пути отступления.

В итоге бой закончился банальной резней. Кто-то из знатных союзников князя смог спастись, кто-то сдался. Участь же Игоря была до комичного нелепа — немолодого уже мужчину, к тому же " больного ногами", как утверждает летописец, загнали во время погони в болото. Конь под ним увяз, а самостоятельно на сухое место он выбраться уже не смог. Там, среди жижи и грязи, его и повязали

Если бы он знал, что все только начинается и самое ужасное ещё впереди…

Связанного, его доставляют в Киев к Изяславу, который в милосердие решил не играть и отправил Игоря в "поруб" — карцер в нашем понимании. Ну а сам Мономашич в эти дни купался в лучах славы и почёта, Киев с искренней радостью приветствовал представителя и продолжателя славного рода! Причём Изяслав, учтя ошибки предшественника, сразу смекнул, чем завоевать расположение горожан — на разграбление отдавалось всё имущество Игоря и его приближенных. Впрочем, в те времена редкая смена власти не сопровождалась таким непотребством…

Поруб в представлении древних. Изобра...
Поруб в представлении древних. Изображен довольно странно, но суть ясна - это карцер

В порубе Игорь Ольгович просидел до зимы 1146-47 годов, во время которой он сильно разболелся. Не надеясь поправиться, он слёзно попросил Изяслава разрешения на монашеский постриг — распространённая предсмертная процедура среди древнерусской знати. Великий князь такое дело одобрил, и в январе 1147 года Игоря достали из темницы, но вопреки всем ожиданиям он спустя неделю пошёл на поправку. Однако данное ранее слово все же пришлось сдержать, поэтому схиму бывший князь принял, и в статусе инока отправился в один из Киевских монастырей. Так, может быть, и молился/постился бы до конца своих дней, но... Если уж судьба решила добить человека до точки, то она это сделает.

Дело в том, что с вокняжением Изяслава кровавая борьба среди русских князей не остановилась — она вспыхнула с новой силой. Вновь по Руси запылали волости, и междоусобная бойня затягивала в свой водоворот все больше персонажей. А там, где война — там плетутся хитрые, коварные интриги, и 19 сентября 1147 года весь Киев облетела страшная весть — их князя, их любимого Изяслава хотели захватить и убить! Да ещё как — коварные черниговские выродки сами позвали его на якобы мирные переговоры, во время которых и планировали осуществить свое злодейство!

Вообще, строго говоря, это громкое разоблачение было сделано с целью созыва городского ополчения для продолжения войны. Обстановка нагнеталась сознательно, способы работы пропаганды в те годы были теми же, что и сейчас. Но вот выплеснулась народная ярость совсем не туда, куда надо. Зачем переться к Чернигову, если тут, под боком, уже есть враг — Игорь Ольгович, на котором тоже можно отыграться?

Разъяренная толпа, подогревая себя гневными воплями, двинулись в сторону монастыря. Монаха-Игоря схватили прямо во время службы, выволокли из храма на монастырский двор, сорвали одежду, крича: "Убейте его! Убейте!". Тот даже не сопротивлялся, спрашивая толпу, за что они хотят его убить — он ведь уже даже не князь, он ушёл из мира, он теперь лишь обычный схимник!

Улыбчивые киевляне ,благостно разводя...
Улыбчивые киевляне ,благостно разводя руками, идут убивать своего экс-князя. Радзивиловская летопись

Кровопролитие попытался остановить брат Изяслава, Владимир Мстиславич, бывший в это время в городе. Он появился в воротах монастыря, попросил пощадить старика, и, прикрыв его наготу плащом, попытался увести Игоря на двор своей матери, что стоял по соседству с монастырем. Толпа сначала замешкалась, но жажда крови взяла свое — сломав ворота княжеской усадьбы(!), они нашли Игоря и таки забили его насмерть, предварительно успев ещё живого потаскать по земле за ноги. После этого труп бывшего великого князя притащили на торговую площадь и там бросили.

Какие цели преследовала толпа, кто её направил— вопрос дискуссионный и по сей день. Если верить источникам, то никто из киевлян особо и не раскаялся в содеянном, парируя обвинения фразой: "Его семейка сама виновата!". Никого, кстати, так и не наказали — толпа всегда безлика.

Князь Игорь, отныне святой. Культовая...
Князь Игорь, отныне святой. Культовая личность!

Единственное, чем я могу вас порадовать во всей этой истории, это то, что русская православная церковь получила ещё одного зверски замученного святого. Икона, перед которой князь молился перед жестокой расправой, стала именоваться "Игоревской". И по сей день стоят храмы, названные его именем, в честь него сложили гимны и молитвы. Вот только стало ли легче от этого человеку, что был убит за грехи всей семьи - вот в чем вопрос…Автор: А.Трусов
Источник: "Масонская Ложа «Катехизис и Катарсис»"
Опубликовано 15 декабря 2020 Комментариев 0 | Прочтений 1575

Ещё по теме...

Добавить комментарий
Периодические издания



Информационная рассылка:

Рассылка X-Files: Загадки, Тайны, Открытия